ВО ИМЯ АЛЛАХА МИЛОСТИВОГО И МИЛОСЕРДНОГО
ﺑﺳﻡ ﺍﷲ ﺍﻟﺭﺣﻣﻥ ﺍﻟﺭﺣﻳﻡ
Аллах в переводе на русский - Бог, Господь, Всевышний

НДП ВАТАН tatar halyk firkasy. Rahim itegez!


ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ПРЕЗИДЕНТУ РФ ПУТИНУ О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ ЯЗЫКАМ КОРЕННЫХ НАРОДОВ РФ СТАТУСА ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКОВ РФ https://irekle-syuz.blogspot.com/2015/05/blog-post_72.html

ХОРМЭТЛЕ МИЛЛЭТТЭШЛЭР ПОДДЕРЖИМ СВОЕГО ТАТАРСКОГО ПРОИЗВОДИТЕЛЯ! ПЕРЕЧЕНЬ ТАТАРСКИХ ФИРМ. СПИСОК ОТКРЫТ!

l

УЯН ТАТАР! УЯН! стихотворение

http://irekle-syuz.blogspot.ru/2015/07/blog-post_79.html

зеркало сайта https://ireklesyuzweb.wordpress.com/

Азатлык Радиосы

понедельник, 3 июня 2019 г.

ВТОЦ: "Не исключено, что Госсовет будет использован в деле ликвидации республики"

https://www.idelreal.org/a/29972298.html?fbclid=IwAR0NpKb96OJoeyYjXpU_VGTS9fx9IGv4jrM33esxTqQLD7e2-dSS8dE9dOs

ВТОЦ: "Не исключено, что Госсовет будет использован в деле ликвидации республики"

Татарские активисты обратились к кандидатам в депутаты татарстанского парламента.
Всетатарский общественный центр (ВТОЦ) распространил обращение к партиям и кандидатам в депутаты Госсовета республики. По мнению татарских активистов, избирательная кампания "проходит в обстановке "вызревания" важных перемен в национально-политическом устройстве России".
Во ВТОЦ настаивают, что против национальных республик "консолидировались различные силы: расисты, шовинисты различных мастей, имперцы". По мнению авторов обращения, к числу противников национальных регионов присоединились и те, "кто ошибочно считает, что только обрусением нерусских народов можно сохранить целостность России".
"Понимая, что неприкрытая насильственная ассимиляция вполне может вызвать мощное протестное движение, разрабатывается тактика мягкой ассимиляции. "Мягкость" включает подмену понятия русификация понятием россиянизация при безраздельном доминировании русского во всем: культуре, языке, истории и, главное, трансформацию республики Татарстан в национально-культурную автономию," — сказано в обращении.
Во ВТОЦ предполагают, что Госсовет Татарстана следующего созыва "будет использован в деле ликвидации республики, ликвидации от имени народа". По мнению татарских активистов, в политической программе каждого кандидата "должен содержаться ответ на следующие вопросы: разделяете ли вы и будете ли активно отстаивать "общепризнанные принципы равноправия и самоопределения народов"; из основополагающего принципа следует, что Татарстан является территорией самоопределения татарского народа. Будете ли вы следовать этому?"
Кроме того, по мнению ВТОЦ, кандидаты в депутаты должны ответить на вопрос, согласны ли они, что в Татарстане "гарантирован государственный статус татарского как исключительного механизма сохранения языка коренного народа", а также должны ли российские власти ратифицировать Европейскую Хартию региональных языков и языков меньшинств.
ВТОЦ призывает голосовать "за устойчивую стабильность, основанную на общепризнанных принципах справедливости".
Выборы в Госсовет Татарстана пройдут 8 сентября. Жителям республики предстоит избрать 100 депутатов: 50 — по партийным спискам, 50 — по одномандатным округам.
По итогам праймериз "Единой России" зампредседателя Всемирного конгресса татар Табрис Яруллин и писатель Ркаил Зайдулла заняли 28-е и 29-е места по партийному списку. Яруллин набрал свыше 199 тысяч голосов, а Зайдулла — свыше 116 тысяч. В случае, если Яруллин и Зайдулла примут участие в выборах в Госсовет Татарстана по партийному списку "Единой России", то оба с большой долей вероятности станут парламентариями.

Вадим Мещеряков

Аскетизм Сталина


https://telegra.ph/Asketizm-Stalina-05-06?fbclid=IwAR3prA_8bDnGsug4tnKApPC2ychFFbEG07vcx0g_0e-pRShKRhISa6Lhsl4

Аскетизм Сталина


Специально для Сталина были построены три дачи в Москве, десять на Кавказе и четыре в Крыму. Самая известная – Кунцевская (ближняя), в которой вождь прожил двадцать лет. Кстати, личного архитектора Сталина Мирона Мержанова в 1943 году объявили врагом народа и посадили по 58 статье вместе с коллегами и женой. Жена умерла в лагере. 

Все дачи были выкрашены в зеленый цвет – Сталин боялся нападения с воздуха. Под некоторыми дачами были вырыты бункеры. Все сталинские дачи охранялись не хуже секретных военных лабораторий. Территорию в 50-100 га обносили несколькими видами ограждений: рядами колючей проволоки, металлическими оградами, шестиметровым забором. 

Внешний периметр территории — несколько километров от здания дачи — охраняли подразделения НКВД (позднее МГБ). С воздуха территорию дачи прикрывала ПВО, и районы над ними были закрыты для полетов, а по периметру резиденций располагались зенитные части. За деревянным забором начинался внутренний периметр, который контролировала личная охрана Сталина. Дача, на которую приезжал Сталин, охраняли дополнительно тысячи чекистов. 

Кроме охраны на каждой даче работал обслуживающий персонал: горничные, парикмахер, повар, официанты, медсестра, водители, садовники, дворники, токсиколог, который проверял состояние продуктов и готовой пищи перед тем, как ее подавали Сталину, — всего около 50 человек. 

Все дачи оборудовались по последнему слову техники. Например, на даче в Абхазии были установлены две фаянсовые ванны, вода в которых не остывала несколько часов – туда подавали морскую воду. Лестницы на дачах были сделаны с низкими ступеньками, чтобы страдавшему приступами ревматизма Сталину было удобно подниматься.

На оформлении тоже не экономили. Камин в большой столовой Дальней дачи был украшенный ониксом и опалом. Вся мебель спальне Сталина была сделана из чинары. Поблизости от спальни находится Малая столовая с камином из серого мрамора. Во внутренней отделке каждой комнаты использовались разные породы деревьев: березы, ореха, самшита, сосны и др. Оформлением занималась Московская мебельная фабрика «Люкс», работавшая исключительно по госзаказам. 

Дачи Сталина. Москва. 

1. Дача «Волынское» («ближняя») - 2 этажа, ок. 1000 кв. м. 
2. Дача «Семеновское» («дальняя») - 1 этаж, ок. 800 кв. м. 
3. Дача «Зубалово» расположена на 14-м км по Рублевскому шоссе, 2 этажа, около 500 кв. м, 12 комнат. 

Кавказ. 

4. Дача «Новая Мацеста» («Зеленая роща», Сочи) - 2 этажа, ок. 200 кв. м. 
5. Дача «Пузановка» (Сочи) - 1 этаж, ок. 100 кв. м. 
6. Дача «Ривьера» (Сочи) - не сохранилась. 
7. Дача «Блиновка» (Сочи) - 2 этажа, ок. 200 кв. м (Сталин отдыхал тут один раз, потом отдал дачу Ворошилову). 
8. Дача «Холодная речка» (Гагра) - 2 этажа, ок. 500 кв. м. 
9. Дача «Рица» (Абхазия) – четыре комнаты (сгорела еще в советские времена). «Рица», вблизи озера Рица, одноэтажная дача площадью 200 кв. м. 
10. Дача «Новый Афон» (Абхазия) - 2 этажа, ок. 200 кв. м. «Новый Афон» — двухэтажная дача, 200 кв. м, шесть комнат (Сталин заглянул сюда лишь один раз, но жить здесь отказался). Экскурсоводы рассказывают посетителям, «что есть тайный ход к морю с этой дачи» 
11. Дача «Сухуми» (Абхазия) - дача расположена на территории Сухумского ботанического сада Академии наук Грузии, здание двухэтажное, занимает более 600 кв. м, до 20 комнат (сохранилось до наших дней). 
12. Дача «Мюссеры» (Абхазия) - одноэтажная дача, около 300 кв. м, шесть комнат (Сталин отдыхал здесь неоднократно, начиная с 1933 года, сохранилась до наших дней). 
13. Дача «Боржоми» (Грузия) - постройка конца XIX века, двухэтажное здание, 300 кв. м, девять комнат (Сталин был здесь в 1951 году. Это был его последний отдых. Здание сохранилось до наших дней). 
14. Дача «Цхалтубо»(Грузия) - двухэтажное здание, более 200 кв. м, пять комнат (сохранилось до наших дней). 

Крым. 

15. Дача «Кореиз» - 2 этажа, ок. 600 кв. м. Сталин жил здесь во время Ялтинской конференции в 1945 г. 
16. Дача «Головинка» - 1 этаж, ок. 150 кв. м. Сталин бывал здесь дважды. 
17. Дача «Трапезниково» - 2 этажа, ок. 300 кв. м. Сталин отдыхал здесь в конце 20-х - начале 30-х годов, потом передал ее Е. Ярославскому. 
18. Дача «Явейная» - 1 этаж, ок. 150 кв. м. Сталин на ней ни разу не был, хотя она была построена для него. 

На содержание вождя тратились безумные деньги, которые никем не контролировались. Например, когда Сталин поехал на Потсдамскую конференцию, начались специальные приготовления: 

«Товарищу Сталину И.В. 
Товарищу Молотову В.М. 

НКВД СССР докладывает об окончании подготовки мероприятий по подготовке приема и размещения предстоящей конференции. Подготовлено 62 виллы (10.000 кв. метров и один двухэтажный особняк для товарища Сталина: 15 комнат, открытая веранда, мансарда, 400 кв. метров). Особняк всем обеспечен, есть узел связи. Созданы запасы дичи, живности, гастрономических, бакалейных и других продуктов, напитки, созданы три подсобных хозяйства в 7 км от Потсдама с животными и птицефермами, овощными базами; работают 2 хлебопекарни, весь персонал из Москвы. Наготове два специальных аэродрома. Для охраны доставлено 7 полков войск НКВД и 1.500 человек оперативного состава. Организована охрана в 3 кольца. Начальник охраны особняка - генерал-лейтенант Власик. Охрана места конференции - Круглов. 

Подготовлен специальный поезд. Маршрут длиной в 1.923 километра (по СССР - 1.095, Польше - 594, Германии - 234). Обеспечивают безопасность пути 17 тысяч солдат и офицеров войск НКВД, 1.515 человек оперативного состава. На каждом километре железнодорожного пути от 6 до 15 человек охраны. По линии следования будут курсировать 8 бронепоездов войск НКВД. 

Для Молотова подготовлено 2-этажное здание (11 комнат). Для делегации 55 вилл, в том числе 8 особняков. 

2 июля 1945 года. 
Л. Берия». 
(Государственный архив Российской Федерации. Ф.9401.Оп.2.Д. 97.Т.VI.Лл.124 - 130). 

Доктор исторических наук Серго Микоян (сын того самого Микояна, который ходил «между струйками») так описывает сталинские застолья: 
«Обратимся к его знаменитым «ужинам», начинавшимся в 10-11 вечера и кончавшимся в 3-4 утра. Собиралось, скажем, 8, 10 или 12 человек. Изысканные блюда подавались на стол в большом количестве. Шампанское, коньяк, лучшие грузинские вина, водка лились рекой. Сам хозяин пил не так много, отдавая предпочтение сладкому шампанскому и винам типа «Хванчкары». Но других пить заставлял исходя из тезиса «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Отказ пить воспринимал как боязнь проболтаться о чем-то, желание что-то скрыть. 

Запасные чистые тарелки, приборы, хрустальные фужеры в изобилии стояли неподалеку, чтобы «обслуга» не мельтешилась во время разговоров. Иногда хозяин вдруг произносил по-грузински два слова, в переводе означавших «новая скатерть» или «свежая скатерть». Немедленно появлялась «обслуга», брала скатерть с четырех углов, поднимая ее. Все содержимое — икра вперемешку с чуть остывшими отбивными, капуста по-гурийски с жареными куропатками (а Сталин их особенно жаловал), притом вместе с посудой, приборами и бокалами — оказывалось как бы в кульке, где лишь звенели битые фарфор и хрусталь, и уносилось. На новую, чистую скатерть приносились другие яства, любимые Сталиным, только что приготовленные». 

В 1947 году Сталин, как Председатель Совнаркома получал оклад размером в 10 000 руб в месяц. Столько стоил тогда автомобиль "Победа". Кроме того, занимая пост первого секретаря ЦК ВКП(б), он получал еще столько же. К ежегодным доходам Иосифа Виссарионовича можно приплюсовать и гонорары за изданные многочисленные труды вождя, как в СССР, так и за рубежом. Но нет ни одного документа, который свидетельствовал бы, что Сталин потратил хотя бы рубль из своих личных средств на оборону во время войны, на восстановление народного хозяйства после войны, на помощь детским домам, или инвалидам войны, или на другие благородные цели. Сталин ни разу не покупал на свою зарплату облигации госзаймов в войну и после войны, хотя ВСЕ работающие граждане СССР были обязаны покупать эти облигации для помощи Родине (тратя на них до трех четвертей свой зарплаты в войну и до трети после войны). 

Дочь Сталина Светлана Аллилуева пишет об отце: 
«Денег он сам не тратил, их некуда и не на что было ему тратить. Весь его быт, дачи, дома, прислуга, питание, одежда - все это оплачивалось государством. К его столу везли рыбу из специальных прудов, фазанов и барашков - из специальных питомников, грузинское вино специального розлива, свежие фрукты доставлялись с юга самолетом" - и ни за что он не платил ни копейки. Всеми денежными делами ведало в этом случае специальное управление МГБ СССР. Суммы были огромные: даже начальник охраны Сталина генерал госбезопасности Н.С. Власик "распоряжался миллионами от его имени". 

Все в доме было поставлено на казенный государственный счет. Сразу же колоссально вырос сам штат обслуживающего персонала или "обслуги" (как его называли, в отличие от прежней, "буржуазной", прислуги). Появились на каждой даче коменданты, штат охраны (со своим особым начальником), два повара, чтобы сменяли один другого и работали ежедневно, двойной штат подавальщиц, уборщиц - тоже для смены. Все эти люди набирались специальным отделом кадров - естественно, по условиям, какие ставил этот отдел, - и, попав в "обслугу", становились "сотрудниками" МГБ (тогда еще ГПУ)…". Казенный "штат обслуги" разрастался вширь с невероятной интенсивностью. 

…какой миллиардер, не говоря уж о президенте США или другой страны Запада, может позволить себе роскошь иметь в разных пунктах страны столько резиденций, сколько завел Сталин и которых с годами становилось все больше и больше?» 

А к народу Сталин мог выходить в чем угодно. Хоть в рваной шинели. Такой аскет, такой аскет – лишь бы Родина цвела. 

Маршал Иван Конев: «Сталинская победа – это всенародная беда»

http://izbrannoe.com/news/lyudi/marshal-ivan-konev-stalinskaya-pobeda-eto-vsenarodnaya-beda/?fbclid=IwAR22auv0pfhZKGnra63BNml7IWS3OzdK5yqJCY_Mt4GhxA8hl8ecCPVKweg

Маршал Иван Конев: «Сталинская победа – это всенародная беда»

Степан Кашурко — бывший помощник по особым поручениям маршала Ивана Конева, генерал-полковник, Президент Центра розыска и увековечивания без вести пропавших и погибших защитников Отечества:

В канун 25-летия Победы маршал Конев попросил меня помочь ему написать заказную статью для «Комсомольской правды». Обложившись всевозможной литературой, я быстро набросал «каркас» ожидаемой «Комсомолкой» победной реляции в духе того времени и на следующий день пришел к полководцу. По всему было видно: сегодня он не в духе.

— Читай, — буркнул Конев, а сам нервно заходил по просторному кабинету. Похоже, его терзала мысль о чем-то наболевшем.

Горделиво приосанившись, я начал с пафосом, надеясь услышать похвалу: «Победа — это великий праздник. День всенародного торжества и ликования. Это...»

— Хватит! — сердито оборвал маршал. — Хватит ликовать! Тошно слушать. Ты лучше скажи, в вашем роду все пришли с войны? Все во здравии вернулись?

Konev.jpg
— Нет. Мы недосчитались девятерых человек, из них пятеро пропали без вести, — пробормотал я, недоумевая, к чему это он клонит. — И еще трое приковыляли на костылях.
— А сколько сирот осталось? — не унимался он.
— Двадцать пять малолетних детей и шестеро немощных стариков.
— Ну и как им жилось? Государство обеспечило их?
— Не жили, а прозябали, — признался я. — Да и сейчас не лучше. За без вести пропавших кормильцев денег не положено... Их матери и вдовы глаза повыплакали, а все надеются: вдруг хоть кто-нибудь вернется. Совсем извелись...

— Так какого черта ты ликуешь, когда твои родственники горюют! Да и могут ли радоваться семьи тридцати миллионов погибших и сорока миллионов искалеченных и изуродованных солдат? Они мучаются, они страдают вместе с калеками, получающими гроши от государства...

Я был ошеломлен. Таким я Конева видел впервые. Позже узнал, что его привела в ярость реакция Брежнева и Суслова, отказавших маршалу, попытавшемуся добиться от государства надлежащей заботы о несчастных фронтовиках, хлопотавшему о пособиях неимущим семьям пропавших без вести.

Иван Степанович достал из письменного стола докладную записку, видимо, ту самую, с которой безуспешно ходил к будущему маршалу, четырежды Герою Советского Союза, кавалеру «Ордена Победы» и трижды идеологу Советского Союза. Протягивая мне этот документ, он проворчал с укоризной:

— Ознакомься, каково у нас защитникам Родины. И как живется их близким. До ликованья ли ИМ?!

Бумага с грифом «Совершенно секретно» пестрела цифрами. Чем больше я в них вникал, тем больнее щемило сердце: «...Ранено 46 миллионов 250 тысяч. Вернулись домой с разбитыми черепами 775 тысяч фронтовиков. Одноглазых 155 тысяч, слепых 54 тысячи. С изуродованными лицами 501342. С кривыми шеями 157565. С разорванными животами 444046. С поврежденными позвоночниками 143241. С ранениями в области таза 630259. С оторванными половыми органами 28648. Одноруких 3 миллиона 147. Безруких 1 миллион 10 тысяч. Одноногих 3 миллиона 255 тысяч. Безногих 1 миллион 121 тысяча. С частично оторванными руками и ногами 418905. Так называемых „самоваров“, безруких и безногих — 85942».

— Ну, а теперь взгляни вот на это, — продолжал просвещать меня Иван Степанович.

«За три дня, к 25 июня, противник продвинулся вглубь страны на 250 километров. 28 июня взял столицу Белоруссии Минск. Обходным маневром стремительно приближается к Смоленску. К середине июля из 170 советских дивизий 28 оказались в полном окружении, а 70 понесли катастрофические потери. В сентябре этого же 41-го под Вязьмой были окружены 37 дивизий, 9 танковых бригад, 31 артполк Резерва Главного командования и полевые Управления четырех армий. В Брянском котле очутились 27 дивизий, 2 танковые бригады, 19 артполков и полевые Управления трех армий. Всего же в 1941-м в окружение попали и не вышли из него 92 из 170 советских дивизий, 50 артиллерийских полков, 11 танковых бригад и полевые Управления 7 армий. В день нападения фашистской Германии на Советский Союз, 22 июня, Президиум Верховного Совета СССР объявил о мобилизации военнообязанных 13 возрастов — 1905-1918 годов. Мгновенно мобилизовано было свыше 10 миллионов человек. Из 2-х с половиной миллионов добровольцев было сформировано 50 ополченческих дивизий и 200 отдельных стрелковых полков, которые были брошены в бой без обмундирования и практически без надлежащего вооружения. Из двух с половиной миллионов ополченцев в живых осталось немногим более 150 тысяч».

Говорилось там и о военнопленных. В частности, о том, что в 1941 году попали в гитлеровский плен: под Гродно-Минском — 300 тысяч советских воинов, в Витебско-Могилёвско-Гомелъском котле — 580 тысяч, в Киевско-Уманьском — 768 тысяч. Под Черниговом и в районе Мариуполя — еще 250 тысяч. В Брянско-Вяземском котле оказались 663 тысячи, и т.д. Если собраться с духом и все это сложить, выходило, что в итоге за годы Великой Отечественной войны в фашистском плену умирали от голода, холода и безнадежности около четырех миллионов советских бойцов и командиров, объявленных Сталиным врагами и дезертирами.

Подобает вспомнить и тех, кто, отдав жизнь за неблагодарное отечество, не дождался даже достойного погребения. Ведь по вине того же Сталина похоронных команд в полках и дивизиях не было — вождь с апломбом записного хвастуна утверждал, что нам они ни к чему: доблестная Красная Армия врага разобьет на его территории, сокрушит могучим ударом, сама же обойдется малой кровью. Расплата за эту самодовольную чушь оказалась жестокой, но не для генералиссимуса, а для бойцов и командиров, чья участь так мало его заботила. По лесам, полям и оврагам страны остались истлевать без погребения кости более двух миллионов героев. В официальных документах они числились пропавшими без вести — недурная экономия для государственной казны, если вспомнить, сколько вдов и сирот остались без пособия.

В том давнем разговоре маршал коснулся и причин катастрофы, в начале войны постигшей нашу «непобедимую и легендарную» Красную армию. На позорное отступление и чудовищные потери ее обрекла предвоенная сталинская чистка рядов командного состава армии. В наши дни это знает каждый, кроме неизлечимых почитателей генералиссимуса (да и те, пожалуй, в курсе, только прикидываются простачками), а ту эпоху подобное заявление потрясало. И разом на многое открывало глаза. Чего было ожидать от обезглавленной армии, где опытные кадровые военачальники вплоть до командиров батальона отправлены в лагеря или под расстрел, а вместо них назначены молодые, не нюхавшие пороху лейтенанты и политруки..."

— Хватит! — вздохнул маршал, отбирая у меня страшный документ, цифры которого не укладывались в голове. — Теперь понятно, что к чему? Ну, и как ликовать будем? О чем писать в газету, о какой Победе? Сталинской? А может, Пирровой? Ведь нет разницы!
— Товарищ маршал, я в полной растерянности. Но, думаю, писать надо по-советски.., — запнувшись, я уточнил: — по совести. Только теперь вы сами пишите, вернее, диктуйте, а я буду записывать.
— Пиши, записывай на магнитофон, в другой раз такого уж от меня не услышишь!

И я трясущейся от волнения рукой принялся торопливо строчить:

«Что такое победа? — говорил Конев. — Наша, сталинская победа? Прежде всего, это всенародная беда. День скорби советского народа по великому множеству погибших. Это реки слез и море крови. Миллионы искалеченных. Миллионы осиротевших детей и беспомощных стариков. Это миллионы исковерканных судеб, не состоявшихся семей, не родившихся детей. Миллионы замученных в фашистских, а затем и в советских лагерях патриотов Отечества». Тут ручка-самописка, как живая, выскользнула из моих дрожащих пальцев.

— Товарищ маршал, этого же никто не напечатает! — взмолился я.
— Ты знай, пиши, сейчас-то нет, зато наши потомки напечатают. Они должны знать правду, а не сладкую ложь об этой Победе! Об этой кровавой бойне! Чтобы в будущем быть бдительными, не позволять прорываться к вершинам власти дьяволам в человеческом обличье, мастерам разжигать войны.

— И вот еще чего не забудь, — продолжал Конев. — Какими хамскими кличками в послевоенном обиходе наградили всех инвалидов! Особенно в соцобесах и медицинских учреждениях. Калек с надорванными нервами и нарушенной психикой там не жаловали. С трибун ораторы кричали, что народ не забудет подвига своих сынов, а в этих учреждениях бывших воинов с изуродованными лицами прозвали «квазимодами» («Эй, Нина, пришел твой квазимода!» — без стеснения перекликались тетки из персонала), одноглазых — «камбалами», инвалидов с поврежденным позвоночником — «паралитиками», с ранениями в область таза — «кривобокими». Одноногих на костылях именовали «кенгуру». Безруких величали «бескрылыми», а безногих на роликовых самодельных тележках — «самокатами». Тем же, у кого были частично оторваны конечности, досталось прозвище «черепахи». В голове не укладывается! — с каждым словом Иван Степанович распалялся все сильнее.

— Что за тупой цинизм? До этих людей, похоже, не доходило, кого они обижают! Проклятая война выплеснула в народ гигантскую волну изуродованных фронтовиков, государство обязано было создать им хотя бы сносные условия жизни, окружить вниманием и заботой, обеспечить медицинским обслуживанием и денежным содержанием. Вместо этого послевоенное правительство, возглавляемое Сталиным, назначив несчастным грошовые пособия, обрекло их на самое жалкое прозябание. Да еще с целью экономии бюджетных средств подвергало калек систематическим унизительным переосвидетельствованиям во ВТЭКах (врачебно-трудовых экспертных комиссиях): мол, проверим, не отросли ли у бедолаги оторванные руки или ноги?! Все норовили перевести пострадавшего защитника родины, и без того нищего, на новую группу инвалидности, лишь бы урезать пенсионное пособие...

О многом говорил в тот день маршал. И о том, что бедность и основательно подорванное здоровье, сопряженные с убогими жилищными условиями, порождали безысходность, пьянство, упреки измученных жен, скандалы и нестерпимую обстановку в семьях. В конечном счете, это приводило к исходу физически ущербных фронтовиков из дома на улицы, площади, вокзалы и рынки, где они зачастую докатывались до попрошайничества и разнузданного поведения. Доведенные до отчаяния герои мало-помалу оказывались на дне, но не их надо за это винить.

К концу сороковых годов в поисках лучшей жизни в Москву хлынул поток обездоленных военных инвалидов с периферии. Столица переполнилась этими теперь уже никому не нужными людьми. В напрасном чаянии защиты и справедливости они стали митинговать, досаждать властям напоминаниями о своих заслугах, требовать, беспокоить. Это, разумеется, не пришлось по душе чиновникам столичных и правительственных учреждений. Государственные мужи принялись ломать голову, как бы избавиться от докучной обузы.

И вот летом 49-го Москва стала готовиться к празднованию юбилея обожаемого вождя. Столица ждала гостей из зарубежья: чистилась, мылась. А тут эти фронтовики — костыльники, колясочники, ползуны, всякие там «черепахи» — до того «обнаглели», что перед самым Кремлем устроили демонстрацию. Страшно не понравилось это вождю народов. И он изрек: «Очистить Москву от „мусора“!»

Власть предержащие только того и ждали. Началась массовая облава на надоедливых, «портящих вид столицы» инвалидов. Охотясь, как за бездомными собаками, правоохранительные органы, конвойные войска, партийные и беспартийные активисты в считанные дни выловили на улицах, рынках, вокзалах и даже на кладбищах и вывезли из Москвы перед юбилеем «дорогого и любимого Сталина» выброшенных на свалку истории искалеченных защитников этой самой праздничной Москвы.

И ссыльные солдаты победоносной армии стали умирать. То была скоротечная гибель: не от ран — от обиды, кровью закипавшей в сердцах, с вопросом, рвущимся сквозь стиснутые зубы: «За что, товарищ Сталин?»

Так вот мудро и запросто решили, казалось бы, неразрешимую проблему с воинами-победителями, пролившими свою кровь «За Родину! За Сталина!».
— Да уж, что-что, а эти дела наш вождь мастерски проделывал. Тут ему было не занимать решимости — даже целые народы выселял, — с горечью заключил прославленный полководец Иван Конев."

Из книги Игоря Гарина «Другая правда о Второй мировой ч. 1. Документы»

via; phililogist

Кто и как фальсифицировал историю России. Главные герои русской истории

Российский муфтий вручил письмо королю Саудовской Аравии

ИА IslamNews:https://islamnews.ru/news-rossijskij-muftij-vruchil-pis-mo-korolyu-saudovskoj-aravii?fbclid=IwAR1lgn0D6S1qZD-N_xksUJdlECZguBpTta_XfTnWfZfAMQGrVtSEpwn9njY

Российский муфтий вручил письмо королю Саудовской Аравии
Салман бин Абдул Азиз Аль Сауд

Салман бин Абдул Азиз Аль Сауд

В рамках Международной конференции «Ценности аль-васатыи и умеренности в текстах Корана и сунны» в Мекке, которая проходила под личным патронажем короля Саудовской Аравии и завершившейся 29 мая, состоялась встреча представителей зарубежных делегаций с королем Салманом бин Абдул Азиза Аль Саудом.

От Российской Федерации на приеме у короля были муфтий Духовного управления мусульман Азиатской части России Нафигулла Аширов, муфтий Татарстана Камиль Самигуллин и глава Ассоциации культурно-просветительских организаций «Собрание» Мухамед Саляхетдинов

В ходе встречи каждому участнику 
предоставлялось время поприветствовать короля. Муфтий Аширов поднял перед ним острую проблему, постигшую российских паломников, и вручил монарху официальное письмо с изложением печальной истории сотен российских мусульман, которые при полной оплате услуг в 2017-2018 годах из-за организационных проблем не смогли совершить паломничество к святым местам ислама. «Его величество хранитель двух святынь Салман бин Абдул Азиз Аль Сауд, приняв письмо, в положительном ключе отозвался о возможности рассмотрения проблемы и передав письмо своему секретарю», - поведал муфтий Аширов ИА IslamNews. По его словам, в письме изложена просьба множества паломников обратиться к властям Саудовской Аравии с просьбой помочь осуществить их мечту и совершить паломничество, которого они оказались лишены в силу не зависящих от них обстоятельств.

Берлинская стена между Волгой и Уралом: как рисовали границу Татарстана и Башкортостана

https://www.idelreal.org/a/29532239.html

Берлинская стена между Волгой и Уралом: как рисовали границу Татарстана и Башкортостана


В 2019 году — Башкортостан, а в 2020 году Татарстан будут отмечать свои столетние юбилеи. Эти две национальные республики в силу множества причин, в том числе, и общности народов, их населяющих, часто сравнивают между собой — словно это две половинки одного целого. Разделение общего пространства, проведение границ, случившееся почти сто лет назад, порой приводило к удивительным, абсурдным, трагическим, а иногда и смешным вещам. ЛЕНИН СОМНЕВАЕТСЯ, ШЕЙНКМАН ВСТАВЛЯЕТ ПАЛКИ В КОЛЁСА
Забегая вперед отметим, что проекты штата Идель-Урал и Татаро-Башкирской республики, выдвинутые в период 1917-1918 гг., не были в конечном итоге реализованы в силу различных причин. Наибольшее рвение в деле осуществления Татаро-Башкирской республики, а затем и включения уездов Уфимской губернии к образовавшемуся Татарстану, проявили выдающиеся общественно-политические деятели той бурной эпохи, выходцы из этих территорий — Галимджан Ибрагимов, Мирсаид Султан-Галиев и Сахиб Саид-Галиев. Зная этническую ситуацию этих территорий, что называется, изнутри, они лучше всех понимали жизненно важную необходимость включения этих земель, населенных преимущественно татарами, в состав республики Татарстан. Причем, провозглашение отдельной Башкирской республики — проекта Ахмет-Заки Валиди — не воспринималось как что-то препятствующее этому. По их мнению, Башкирская республика существовала в этом случае отдельно, а Татаро-Башкирская — отдельно. Последняя попытка реализовать этот проект была предпринята в конце 1919 года, когда II Всероссийский съезд коммунистических организаций народов Востока принимает решение об образовании Татаро-Башкирской республики. Но 13 декабря 1919 года Политбюро РКП(б) отменяет это решение. Судя по всему, главную роль в этом деле сыграл глава Наркомнаца — Иосиф Сталин.
Наибольшими противниками создания Татаро-Башкирской республики первоначально были казанские большевики, а именно Карл Грасис и Яков Шейнкман
Стоит отметить, что наибольшими противниками создания Татаро-Башкирской республики, как и любой национальной автономии, первоначально были казанские большевики, а именно Карл Грасис и Яков Шейнкман, кстати говоря, оба неуроженцы Волго-Уральского региона (или как бы сказали сегодня — "варяги"). Татарские коммунисты тогда смогли заручиться поддержкой советского правительства и в конечном итоге нейтрализовали эту группу.
После этого главными противниками стали руководство уфимского губкома и его руководитель Борис Эльцин (тоже "варяг"). Они ради достижения своих целей не гнушались устраивать и политические провокации. В частности, в официальном докладе 20 марта 1920 года (на конференции партработников Казанской губернии) партийные работники М.Брундуков и Альмухамедов говорят об интригах Бориса Эльцина против обеих национальных республик и, как доказательство этого, приводится факт насильственного разоружения 2-го мусульманского полка под предлогом его возможности участия в "вилочном" восстании и затем его повторного формирования уже с карательной целью. При этом все эти "операции" преподносились как еще одно доказательство "нелояльности национальных автономий". Причина противодействия руководства Уфимского губкома понятна — они были недовольны тем, что восточная часть Уфимской губернии уже стала частью Башкирской республики, и поэтому остальную часть губернии им упускать из рук никак не хотелось. Несмотря на это, в марте 1920 года состоялась весьма знаковая встреча татарских национальных лидеров: Мирсаида Султан-ГалиеваСахиба Саид-Галиева и Бурхана Мансурова с Владимиром Лениным. Полностью содержание того разговора неизвестно. Частично о нем мы можем судить лишь по воспоминаниям Саид-Галиева, о которых он поведал спустя несколько лет. Главным предметом разговора было башкирское население Уфимской губернии. Учитывая, что оно являлось явным этническим меньшинством на этой территории, это говорит о том, что разговор опять-таки шел о реализации Декрета о Татаро-Башкирской республике, за которую так долго держались татарские коммунисты, и за которую не переставали агитировать даже после решения Политбюро РКП(б).
Ленин, судя по весьма косвенным данным Саид-Галиева, несколько сомневался в возможности самоопределения татар и башкир в рамках одной республики. Здесь однако стоит учесть тот момент, что Ленин тогда плохо разбирался в национальной политике в отношении мусульманских народов. Об этом свидететльствовало письмо, датированное 7 сентября 1919 года, Мидхата Брундукова Набиулле Вахитову (оба являлись заместителями председателя Цен­тра мусульманской военколлегии). А всё дело в том, что в Совнаркоме за национальные вопросы отвечал Сталин. Он информировал Ленина по всем вопросам исходя из своих личных предпочтений. В то же время Сталин весьма ревностно (из-за его популярности среди мусульман-коммунистов) и негативно (из-за благосклонности Льва Троцкого) относился к Султан-Галиеву. В дальнейшем негативная роль Сталина во всей этой истории прослеживается более чем четко.
АХМЕТ-ЗАКИ ВАЛИДИ НЕ ПРОТИВ ТАТАРСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
В конечном итоге, в январе 1920 года Политбюро ЦК РКП(б) образовало комиссию по подготовке создания Татарской республики, руководил ею Галимджан Шараф (автор проекта штата Идель-Урал). По данному проекту предусматривалось, что территория Татарстана должна была включать всю оставшуюся часть Уфимской губернии, не вошедшую в состав Башкирской республики. А это Белебеевский, Бирский и части Уфимского и Стерлитамакского уездов, не включенные в территории Башкурдистана.
Желтым отмечена та часть Стерлитамакского уезда, которая должна была войти в состав Татарстана
Желтым отмечена та часть Стерлитамакского уезда, которая должна была войти в состав Татарстана
В то же время существует стереотипное мнение, что противниками Татаро-Башкирской республики или Татарстана с включением в его состав территории Уфимской губернии было руководство Башкурдистана и лично Ахмет-Заки Валиди, однако в реальности это далеко не так. В частности, в письме от 17 февраля 1920 года, подписанном Валиди и представителями Башкирской республики при ЦИК РСФСР Абдуллой Адигамовым и Абдрашитом Бикбавовыми адресованном ЦК РКП(б), говорилось: "Мы, башкирские представители, гарантируем, что нет и не будет со стороны малочисленных башкир какого бы то ни было требования". Указывалось также, что "башкир в пределах Уфимского района Татарской республики всего 355 772, тогда как татары, не включая Казанской, Вятской и Сим­бирской губерний, составляют 1 332 379 душ". Единственным их условием было, чтобы в названии республики не было термина "Татаро-Башкирская", а только "Татарская". Учитывая дату письма и упоминаемую численность башкир, можно быть уверенным, что под "Уфимским районом", относимом к Татарстану, они имелии в виду не только Уфимский, Белебеевский и Бирский уезды, но и Стерлитамакский уезд, который к тому времени также входил в состав Уфимской губернии. То есть никакого желания претендовать на оставшуюся часть Уфимской губернии руководство Башкирской республики не изъявляло, прекрасно понимая реальную этническую ситуацию на этой территории и тот факт, что татарское население составляло там большинство.
ДВА УЕЗДА, КОТОРЫЕ ПОВИСЛИ В ВОЗДУХЕ
Никакого желания претендовать на оставшуюся часть Уфимской губернии руководство Башкирской республики не изъявляло
Тем не менее, в начале мая 1920 года создается новая комиссия уже во главе со Сталиным, в которую вошли только два представителя татар — Мирсаид Султан-Галиев и Сахиб Саид-Галиев. Однако четких предписаний от Москвы относительно будущих границ Татарстана она не получила, то есть, осторожная позиция Ленина по данному вопросу сохранялась. В это время появляется проект, согласно которому в состав Татарстана должны были быть включены только его нынешние центральные и восточные территории. После протеста Султан-Галиева и Саид-Галиева этот проект был отклонен и предложен третий компромиссный Декрет, который вышел 27 мая 1920 года — он и считается ныне днем официального возникновения Татарстана. Согласно ему северные, южные, западные границы республики остались неизменными с первоначального проекта. Уфимский и Стерлитамакский уезды выпали, однако в Декрете специально отдельным пунктом оговаривалось что вопрос и включении в состав республики Бирского и Белебеевского уездов должно решить само население этих территорий.
Тогда же — в мае 1920 года — в Москве побывала делегация представителей Белебеевского уезда с просьбой включить их территорию в состав Татарстана, после чего на совещание были вызваны М.Султан-Галиев и С.Саид-Галиев.
В Декрете специально отдельным пунктом оговаривалось что вопрос и включении в состав республики Бирского и Белебеевского уездов должно решить само население этих территорий
Что же представляли собой эти два уезда, которые должны были войти в состав Татарской республики? По результатам переписи 1920 года, население Бирского уезда составляло 656 тысяч человек. Из них башкиры — 22,9%, татары — 35,5%, русские — 26,2%. То есть, вместе татаро-башкирское население составляло более 58%. В Белебеевскоем уезде проживало 595 тысяч человек. Из них татары составляли 46%, башкиры — 15%, вместе они составляли 61,11%. Русские — 19,6%.
Бирский уезд составлял по площади 22,1 тыс. кв. км и включал в себя территорию нынешнего Аскинского, Янаульского, Татышлинского, Караидельского, Бакалинского, Бирского, Бураевского, Дюртюлинского, Калтасинского, Мишкинского, Краснокамского, Балтачевского и частично Чекмагушевского и Кушнаренковского районов. Территория Белебеевского уезда составляла по площади 20,7 тыс. кв. км и включала, в основном, земли 12 западных районов современного Башкортостана: это Альшеевский, Бакалинский, Белебеевский, Бижбулякский, Благоварский, Буздякский, Давлекановский, Ермекеевский, Миякинский, Туймазинский, Шаранский, Чекмагушевский, а также часть территорий Илишевского и Стерлибашевского районов (западная его часть).
Как мы видим, в Белебеевском и Бирском уездах татары составляли большинство населения. Причина, по которой руководство Татарстана ранее требовало включить в его состав и Уфимский уезд (единственный уезд Уфимской губернии, где русские, благодаря включению в него населения Уфы, составляли большинство — 51%) заключалалсь в том, что Белебеевский и Бирские уезды тесно связаны с Уфой.Даже если бы был реализован компромиссный вариант с включением территории Белебеевского и Бирского уездов, это в корне изменило бы облик нынешнего Татарстана. В этом случае здесь проживала бы большая часть всей существующей татарской этнонации (сейчас — не более 30%), что безусловно сняло бы остроту многих вопросов, связанных с реализацией национальных интересов татарской этнонации. Помимо этого, площадь республики Татарстан составляла бы 111 тыс. кв. км (сейчас — 68 тыс. кв. км.), а учитывая демографические процессы, то численность всего населения РТ составляла бы в настоящее время около 6 млн человек (сейчас — 3,9 млн). В случае с Башкортостаном, проект Ахмет-Заки Валиди сохранил бы свою моноэтничность, к которой всячески стремился её основоположник. Это позволило бы в полной мере реализовать право башкирского народа на самоопределение — максимально снизив все потенциальные проблемы на этом пути.  Борьба за эти два уезда продолжалась. В сентябре 1920 года Уфимский губком выносит мнение, что Бирский и Белебеевский уезды экономически больше привязаны к Уфе, а потому они отрицательно отнеслись к включению их в состав Татарстана. При этом тогда же — 1 сентября 1920 года — Уфимский губком выносит постановление о необходимости исполкомам этих уездов "воздержаться от созыва чрезвычайных съездов" под предлогом того, что это якобы помешает "продовольственной кампании". То есть наличие официального Декрета ВЦИКа о необходимости проведения плебисцита не мешало Уфимским властям саботировать это решение.
"ОТДАЙТЕ НАМ МЕНЗЕЛИНСК И ОРЕНБУРГ!"
Судя по всему, получив некую отмашку "сверху", в начале февраля 1921 года премьер Башкирской республики Муллаян Халиков собирает комиссию о расширении территории республики. В марте он поднимает этот вопрос перед ВЦИКом. В числе обоснований этого решения были экономические соображения (Башкурдистан был беден на городские центры, не было железных дорог, слабо развито сельское хозяйство и т.д.) и то, что присоединение Уфимской губернии дало бы республике более "миллиона башкир". Как последний тезис коррелирует с теми данными, которые руководство Башкирской республики предоставило всего год назад? Это остается под вопросом.
Поскольку Москва не сразу одобрила прошения М.Халикова, это позволило Уфимским властям под разными предлогами тянуть время и не проводить плебисцит.
Еще до этого председатель Совнаркома Татарской республики Сахиб Саид-Галиев в течение всего 1920 года​ неоднократно бомбардировал Москву письмами: скорейшими образом рассмотреть вопрос о включении Белебеевского и Бирского уездов в состав Татарстана. Поняв, что дело идет к худшему варианту, он попытался добиться этого в августе 1921 года, пригласив представителей Советов Уфы, Белебея, Бирска и правительства Башкирии на совещание в Казань. Однако они отмолчались тем, что не знают мнения местного населения, а сами они очень заняты другими вопросами (в том числе, борьбой с голодом).
Помимо трех уездов уфимской губернии они потребовали обратно из Татарстана территорию бывшего Мензелинского уезда и даже Оренбург
Более того, в мае 1921 года "аппетиты" комиссии М.Халикова выросли до совсем уже карикатурных пределов, что опять-таки показывает, что он мог так действовать, только почувствовав реальную поддержку в Москве. В частности, помимо трех уездов уфимской губернии они потребовали обратно из Татарстана территорию бывшего Мензелинского уезда и даже Оренбург. Это является еще одним подтверждением того, что у М.Халикова были свои могущественные покровители-лоббисты — иначе трудно объяснить такие щедрые запросы главы Башкирского правительства, возникшие из ниоткуда.
УЖЕ РУЛИТ СТАЛИН
Если проанализировать дальнейший ход событий, в том, что таким лоббистом выступил Сталин, не остается сомнений. В конце сентября 1921 года ЦК просит нарком по делам национальностей Сталина изучить вопрос о создании "Большой Башкирии". И в уже в январе 1922 года Наркомнац принимает решение директивным образом передать Башкортостану все три уезда: Уфимский, Бирский и Белебеевский. ВЦИК подготовил проект Декрета по данному вопросу, но неожиданно данный вопрос вновь был приторможен. И спустя полгода — 14 июня 1922 года — выходит разработанный Декрет, в соответствии с которым вся оставшаяся часть Уфимской губернии была присоединена к Башкирской республике.
О причине, по которой официальное оглашение уже разработанного декрета не выходило в течение полугода, можно только догадываться, но она удивительным образом совпала с болезнью Ленина, который весьма осторожно подходил к вопросу об установлении окончательной границы между двумя республиками. Но Ленин неожиданно заболел в мае 1922 года и полностью отошел от непосредственного управления — и через считанные недели Декрет был официально оглашен. Директивное присоединение Уфимской губернии к Башкирии, уже находясь в эмиграции, раскритиковал и Ахмет-Заки Валиди. "Уфимскую губернию присоединили к Башкортостану", на деле эта лукавая мера означает не что иное, как присоединение Башкортостана к Уфимской губернии", — писал он в письме Ленину в 1923 году, видимо не будучи в курсе его состояния (с конца 1922 года из-за болезин он окончательно отошел от дел).
С точки зрения экономических интересов, М.Халиков, конечно, действовал вполне понятно, т.к. существовавшие территориальные рамки Башкирской республики позволяли говорить о том, что автономия не была сбалансирован с экономической точки зрения — отсутствие городов (за исключением Белорецка) и логистические проблемы. Но эти проблемы были к 1921 году уже решены — путем передачи Башкирии Стерлитамакского уезда с городом Стерлитамаком. И самое главное, с уходом Валиди Халиков был руководителем не просто региона, а национальной республики. И в такой ситуации просто обязан был учесть этнический фактор — чего однако не произошло. Тем более он присоединял родные ему территории, и обязан был понимать, какие потенциальные проблемы в будущем он готовит своим землякам (Халиков был родом из нынешнего Буздякского района, тогда территориально входившего в состав Белебеевского уезда).
Некоторые исследователи связывают решение о передаче территории Уфимской губернии Башкирии тяжелыми последствиями голода 1921 года. Но, как мы видим, внезапный порыв Муллаяна Халикова отхватить уезды Уфимской губернии появились уже в январе 1921-го, когда голод еще не приобрел катастрофических масштабов. То есть, это не могло быть первопричиной, а было скорее дополнительным поводом.
Уже по факту Мирсаид Султан-Галиев и Галимджан Ибрагимов согласились и даже формально одобрили эту операцию в 1922 году. Очевидно, что внезапное изменение позициции Султан-Галиева и Галимджана Ибрагимова, не говоря уже о председателе Совнаркома Татарстана Саид-Галиеве, вызвана не переменой в их взглядах, а скорее желанием не навредить будущим отношениям двух республик и двух народов, учитывая, что всё возможное они уже сделали. Султан-Галиев же вероятно очень надеялся на создание федерации тюркских республик — "Туран", которая сняла бы все возможные проблемы, а потому не сильно хотел конфликтовать с членами Башкирского правительства, со многими из которых у него были весьма весьма дружеские и доверительные отношения. В частности, с министром просвещения Башкирии Абдуллой Адигамовым и комбригом Мусой Муртазиным, благодаря которым он, кстати, и стал главным переговорщиком в период перехода Башкирского правительства на сторону советского правительства в начале 1919 года. Через того же А.Адигамова он в 1922 году пытался добиться возвращения А.Валидова. Весьма примечательная деталь: с М.Халиковым М.Султан-Галиев не контактировал. Причина этого выясняется из тайных писем между М.Султан-Галиевым и А.Адигамовым, в которых главный идеолог исламского социализма просил министра просвещения Башкирии не посвящать в курс их переговоров Муллаяна Халикова, которого подозревал в работе на ОГПУ.
РАЗНИЦА В ДВА ЧАСА
Мужчины частенько использовали двухчасовую разницу во времени, чтобы отовариться крепкими напитками у соседей в Татарстане
Что касается разницы во времени между двумя республиками, она появилась в 1924 году, когда территорию всего Союза поделили на часовые пояса. Татарстан вошел в третью часовую зону, и время здесь первоначально отличалось от московоского на час вперёд. Башкортостан вошел в четвертую часовую зону (на два часа вперед от московского). Однако в 1931 году Татарстан был включен в "московскую" вторую зону, и разница во времени между двумя республиками составила уже два часа. Татарстан временами "возвращали" в свою изначальную часовую зону, переигрывая затем всё назад. Разница во времени в случае с Татарстаном во многом была не оправдана с географической точки зрения — и была еще одним фактором сдерживания взаимной интеграции двух республик. Это приводило и к забавным местным "традициям". Так, в советское время представители мужской половины населения приграничных районов Башкортостана частенько использовали двухчасовую разницу во времени, чтобы отовариться крепкими напитками у соседей в Татарстане, когда у себя магазины уже были закрыты. Ныне необходимость в этом отпала сама собой, да и уровень потребления алкоголя снизился с тех пор в несколько раз. Взаимодействие между двумя республиками по чисто политическим мотивам искусственно тормозилось в позднесоветское время, но особенно в 1990-2000-е годы — доходя порой до абсурда. Но жизнь всё расставляет на свои места, и на сегодняшний день экономические, общественные, культурные и личностные связи между Татарстаном и жителями Башкортостана (особенно западной его части) устойчивы, пожалуй, как никогда. В этом лишний раз может убедиться каждый, кто хоть раз прогуливался по улицам Казани, и не мог не заметить, что наиболее часто встречающиеся автомобильные номера на улицах города после татарстанских — это номера региона 02 или 102, т.е. Башкортостана. И это при том, что расстояние от Казани до границы с Башкортостаном — около 400 км, т.е. объективных предпосылок для этого вроде как нет. 
Гербы Татарстана и БашкортостанаЭто еще раз доказывает, что границы, проведенные между двумя республиками в 1922 году, не учитывали ни этнических, ни даже в полной мере экономических раскладов в данном регионе — напротив, они стали перманентным источником национальных проблем жителей обеих республик. Своего рода Берлинская стена между Казанью и Уфой, между Волгой и Уралом.

ильнар гарифуллин

политолог, кандидат исторических наук

Башкирские активисты призвали Хабирова разобраться с Татарским общественным центром

https://www.idelreal.org/a/29974508.html?fbclid=IwAR0wS4E9f-JR6_aIIEepHL5HUeE27Elznh7krfSKFrwlwa5nMmamGLzfajI

Башкирские активисты призвали Хабирова разобраться с Татарским общественным центром



Группа представителей башкирских национальных организаций выступила с обращением к Временно исполняющему обязанности главы РБ Радию Хабирову с просьбой разобраться с деятельностью Татарского общественного центра Башкортостана.
Об этом корреспонденту Радио Азатлык сообщил известный башкирский активист, руководитель объединения "Ак Тамыр" Ирек Агишев. При этом он отказался перечислить названия этих организаций.
В числе претензий башкирских национальных организаций упоминается то, что "Татарский общественный центр вот уже на протяжении 30 лет с момента своего создания выступает за придание татарскому языку государственного статуса". Кроме того, по мнению активистов, подписавших обращение, "эта организация выступала против Конституции Республики Башкортостан, никогда не поддерживала политику официальных властей республики и не боролась за суверенитет Башкортостана". Также Татарскому общественному центру РБ вменяют в вину то, что "ТОЦ не поднимает вопрос об увековечении имен сподвижников Ахмета Заки-Валиди — руководителей штаба Башкирских войск Ильяса Алкина и Гумера Терегулова, которые являются представителями татарского народа". Представители башкирских организаций просят "вызвать активистов ТОЦ Башкортостана в Белый Дом и донести до них следующие требования башкирской общественности": пресечь любые требования о придании татарскому языку в РБ статуса государственного [татарские активисты считают, что татарский должен быть одним из трех государственных языков Башкортостана наряду с башкирским и русским, т.к. татары фактически составляют одну треть всего населения республики]; запретить одиночные пикеты у Уфимского татарского театра "Нур" с требованием придания татарскому языку государственного статуса; привлечь к ответу председателя ТОЦ РБ Кадерле Имамутдинова за призывы к присоединению северо-западных районов Башкортостана к Татарстану (он также не должен более оставаться председателем и членом правления ТОЦ РБ). Также башкирские активисты настаивают на том, что татарский вопрос в Башкортостане впредь должен решаться только в рамках Двустороннего соглашения между Башкортостаном и Татарстаном о дружбе и сотрудничестве. Отметим при этом, что остается неизвестным, какие именно башкирские организации подписались под заявлением, т.к. в приведенном тексте обращения какие-либо имена отсутствуют.
Оригинал новости: Радио Азатлык

Татарский язык в Башкортостане: история вопроса

Берлинская стена между Волгой и Уралом: как рисовали границу Татарстана и Башкортостана